Навальный и Путин: ну так кто же из них агент Госдепа?

Одним из любимых развлечений активных сторонников этих двух наиболее ярких политиков современной России является метание ими друг в друга какашек в виде выражения обвинений в продажности и предательстве интересов нашей страны в адрес лидеров своих политических оппонентов.
Основания для таких обвинений Алексея Навального обычно выводятся из фактов прохождения им курса обучения в Йельском университете и чрезмерного увлечения борьбой с коррупцией, которое способствует созданию негативного образа России в окружающем мире и провоцирует нестабильность внутри страны.
Обвинения в адрес Владимира Путина основываются на факте способствования им процессу постепенного разворовывания национальных богатств России с последующим вывозом их за границу влиятельными чиновниками и особо приближенными к нему людьми.

Не смотря на поверхностность таких суждений в каждом из обоих случаев, тем не менее, надо признать что они являются достаточно серьезными и дающими пищу для размышлений.
Ну а раз так, то начнем свои размышления с Алексея Навального. В число обвинений, обычно выражаемых в его адрес разными недоброжелателями, входят высказывания о том, что он активно поддерживается властями США, которые оказывают ему в том числе и финансовую поддержку. Что можно сказать на это в ответ? Ну, прежде всего, давайте не будем ханжами и расставим все точки над i.

Тем, кто более или знаком с историческими и общественно-политическими науками, должно быть известно, что заниматься политикой без наличия источников финансирования и определенных влиятельных возможностей попросту невозможно. Разные политические деятели в разные времена решали такие вопросы по-разному.
Источники финансирования и влиятельную поддержку они прежде всего пытались отыскивать внутри своих стран. Если достичь желаемого в необходимых объемах не удавалось, то поддержку принимались искать где-либо на стороне – в более или менее влиятельных странах окружающего мира.
В отдельных наиболее запущенных случаях, когда после предприятия таких шагов, получение желаемого не удавалось обеспечить более или менее цивилизованными способами, некоторые группы начинающих политиков оказывались способными переходить к использованию откровенно криминальных методов (типа контрабанды оружия, наркотиков, алмазов или чего-то другого в этом роде).

Если рассматривать случай Алексея Навального, то в вышеуказанном смысле все обстоит достаточно просто. Ему очень не просто обеспечить себе финансирование полноценной политической деятельности.
Не просто по той простой причине, что в современной России существующей властью созданы такие условия, при которых, поддерживая представителей неподконтрольной для нее оппозиции, разного рода предприниматели очень сильно рискуют нарваться на серьезные неприятности (как это например случилось с Михаилом Ходорковским, когда он принялся не просто финансировать, но и открыто выступать в поддержку политических противников Путина). Учитывая наличие указанного фактора, Навальный так или иначе оказался вынужденным искать поддержку в США и наиболее влиятельных странах Европы.
И поддержку прежде всего не финансовую, а влиятельную (или политическую), с помощью которой он оказался бы способным оказывать хоть какое-то давление на Кремль в целях обретения для себя полноценной возможности для отыскания внутри России постоянных источников финансирования своей политической деятельности.
Но так как установление подобного порядка вещей было бы против тех правил игры, которые установлены Путиным и со временем очень сильно бы усложнило проблему обеспечения его дальнейшего нахождения у руля власти, то Кремль выступает категорически против таких раскладов.
И не просто выступает, а предпринимает вполне конкретные шаги для того, чтобы либо закатать Навального в асфальт (жутко опорочить и окончательно засадить в тюрьму) либо заставить его взять на себя определенные обязательства (в смысле превратить в прирученного оппозиционера) в обмен на возможность получения для себя разного рода коврижек.
Именно тот факт, что он в настоящий момент с одной стороны осужден судом первой инстанции, а с другой - во многом благодаря помощи со стороны своего главного противника в лице «Единой России» - сумел стать кандидатом в мэры Москвы, как раз говорит о том, что мы находимся в самом разгаре большой игры, ведущейся сейчас между этим политиком и Кремлем.

Весь прикол в данной игре заключается как раз в том, что во внутриполитической сфере Кремль не привык кому бы то ни было уступать под давлением.
В то же самое время Алексей Навальный, который пока что не сумел стать для Путина по настоящему серьезным конкурентом, тем не менее к настоящему времени успел обрести достаточно широкую и большую поддержку как внутри страны, так и за ее пределами, и перешел в разряд таких политических фигур, устранение которых может быть чревато своими последствиями. Именно поэтому и затеяна вся эта игра.
И в случае более или менее мирного ее завершения обе противостоящие стороны окажутся вынужденными пойти на определенные уступки. Просто каждая из них (не мытьем, так катанием) хотела бы уступить как можно меньше, а получить как можно больше – из-за этого как раз и разгорается весь сыр-бор.

Кто-то может мне сказать: ага, раз Навального в его противостоянии с Кремлем поддерживают многие западные политики, то он не может не плясать под их дудку и не действовать в ущерб национальным интересам России.
В принципе такой вопрос является вполне справедливым и закономерным – в большой политике никто ничего не станет делать за красивые глаза и без обещаний проявления ответной взаимности. И Алексей Навальный в данном случае вовсе не исключение. Западные политики прежде всего заинтересованы в отстаивании политических и экономических интересов своих собственных стран.
Они уже давно успели усвоить одну простую истину, гласящую о том, что наиболее талантливые и амбициозные из числа молодых иностранных политиков со временем – по мере роста своих практических возможностей и авторитета - обнаруживают склонность к превращению из зависимых и не вполне полноценных фигур в самостоятельных и не очень сговорчивых государственных деятелей. Иначе говоря, процесс оказания поддержки сторонним политикам во многом является чем-то сродни взращиванию своих противников и конкурентов.
Для такого случая в качестве наиболее яркого примера можно указать на Ленина, которого - в целях способствования созданию внутриполитического кризиса – в 1917 году тайно ввезли в Россию в запломбированном вагоне благодаря активному содействию со стороны его политических спонсоров из Германии.
До определенного времени большевистский вождь четко выполнял взятые на себя обязательства, но после того как почувствовал, что Германия ослабла, а он обрел вполне реальную силу, повел себя как очень дерзкий игрок, который во главу угла всегда ставит собственные политические интересы.

Из всего только что сказанным становится вполне понятным характер поведения Алексея Навального как общественного деятеля и политика.
К моменту последних президентских выборов сумев обрести достаточно большую популярность благодаря кампаниям своих разоблачений и во многих смыслах принявшись себя вести как политик, он тут же принялся заявлять о том, что не намерен создавать своей политической партии и участвовать в каких-либо политических выборах в более или менее обозримой перспективе. Столь несерьезным характером своего поведения он оттолкнул от себя достаточно большую часть людей, которые было ему поверили.
В такой ситуации для Навального было гораздо более логичным попытаться развить свой успех – создать вокруг себя пусть даже не партию, а непризнанную массовую общественную организацию и привлечь на свою сторону большое число представителей тех слоев населения, которые имеют определенные склонности к действиям сплоченным и организованным образом (например, к остаткам рабочего класса и военным).
Но Алексей в данном случае предпочел для себя более легкий путь – продолжать собирать вокруг себя легковерных интеллигентов,
студентов и офисных хомячков, склонных к проявлению индивидуализма и спонтанности в своих действиях.

Почему Навальный еще совсем недавно вел себя именно таким образом? Кто-то может мне сказать, что он, как политик, не успел еще полностью сформироваться в своих взглядах и проявил определенную наивность.
А кто-то скажет с точностью до наоборот – Алексей понял, что, начав посерьезному втягиваться во всю эту политическую бадягу, он натолкнется на очень серьезное противодействие со стороны представителей существующей власти, которое обернется наступлением для него тяжелых последствий, и поэтому предпочел не рисковать раньше времени.
Я вполне допускаю, что сразу два этих фактора оказали определенное влияние на то решение, которое первоначально было принято самим Навальным. Но главным аргументом, побудившим Алексея к принятию для себя именно такого решения, было нечто другое – а именно настойчивые рекомендации его зарубежных спонсоров и консультантов вести себя именно таким образом.
С одной стороны не желая с ними как-то ссориться и лишать себя их политической поддержки, а с другой стороны не имея четких собственных представлений на этот счет, Навальный в создавшейся на тот момент ситуации счел для себя наиболее выгодным согласиться с рекомендациями подобного рода.
Почему ему были даны именно такие рекомендации? Да все очень просто – скопления его сторонников, набранные из индивидуалистично настроенных интеллигентов,
легковерных студентов и впечатлительных офисных хомячков, по своей сути представляют собой толпу, которой в нужные моменты можно легко приводить в состояние жуткого возбуждения с помощью Интернета и изощренных пропагандистских воздействий.
Когда организованная подобным образом толпа возбуждается, она начинает создавать видимость огромной протестной силы, путем умелого манипулирования которой оказывается вполне возможным оказывать давление на представителей высшей власти других стан и даже добиваться их отставки. Представители новой власти, приходящие на волнах таких подъемов, после непродолжительных периодов испытания эйфории, вскоре приходят к осознанию суровой действительности.
Эта действительность заключается в фактическом отсутствии за ними какой-либо реальной силы и обнаружении неспособности самостоятельно влиять на ситуацию. Иначе говоря, новоявленные руководители революционно переустроенных стран в таких ситуациях оказываются вынужденными превращаться в исполнителей воли влиятельных политиков из других государств.

Сценарии подобного рода достаточно легко осуществимы в условиях небольших стран, не располагающих сколько-нибудь большими запасами природных ресурсов, власти которых обнаруживают склонность сдаваться почти без боя. Но в больших странах (типа России) представителям властей всегда есть что терять и поэтому они всегда имеют склонность действовать гораздо более решительным и жестким образом.
Именно по этой самой причине столкнувшись с феноменом Навального, Кремль не стал ждать того времени, когда этот пока что достаточно жалкий в своих потугах, но в принципе очень даже перспективный политик сможет достичь более высокого уровня развития своих возможностей и предпочел сыграть на опережение.
Именно исходя из этих соображений против Навального в очередной раз было возбуждено дело по поводу кражи леса с намерением во что бы то ни стало довести его до логического завершения (в смысле дать ему тюремный срок или побудить к бегству за границу). В свою очередь сам Алексей, поняв в какую ситуацию он попал, очень быстро пришел для себя к следующему выводу.
Единственной возможностью как-то спастись с сохранением своей общественно-политической репутации в создавшихся обстоятельствах могло стать только открытое заявление им о своем желании и готовности перестать валять дурака (вести себя как взбалмошный подросток) и заняться политической деятельностью самым что ни на есть серьезным образом. Лучший способ так о себе заявить – это участие во сколько-нибудь значимых выборах. А ближайшим из значимых выборов были выборы мэра Москвы.

Но такое понимание возникло лишь чисто в теории – ведь даже при нормальных обстоятельствах к выставлению себя в качестве кандидата в мэры Москвы никто бы Навального не допустил, а в ситуации, когда на него было заведено уголовное дело, и подавно.
По этой самой причине ему оказалось крайне необходимым найти кого-то очень влиятельного, кто бы был способен побудить Кремль пойти на такие уступки. А кто у нас способен оказывать такие влияния на представителей высшей российской власти? Совершенно правильно, серьезные политики из наиболее развитых стран современного мира.
Какими способами? Да достаточно простыми, особенно с учетом того факта, что российские чиновники-казнокрады предпочитают хранить свои денежки в зарубежных банках и очень мечтают о наступлении такого дня, когда США и страны ЕС откроют для россиян возможность для безвизового посещения своих территорий.
Имея среди своих знакомых таких иностранных политиков, которые в принципе были способными убедить Кремль в необходимости допустить Навального к выборам на пост московского мэра, Алексей сумел донести до них следующие соображения.
Он полон решимости идти до конца, но при существующих на данный момент раскладах его ожидает тюремный срок и выпадение из разряда сколько-нибудь влиятельных и перспективных политиков либо навсегда, либо на долгое время.
Зарубежные политические спонсоры, проанализировав точку зрения Навального, пришли к выводу в его правоте. Чтобы не потерять его как, перспективного политика, внушающего им определенное доверие и могущего оказаться очень полезным, они решили вступиться за него перед Кремлем и согласиться с предоставлением ему большей свободы действий.
Что это означает на практике? А на практике это означает то, что со стороны своих зарубежных политических спонсоров Алексей Навальные получил принципиальное добро на использование таких методов, которые способны привести в ряды его сторонников не только разрозненных интеллигентов и трусоватых офисных хомячков, но и гораздо более серьезно настроенную и сплоченную публику. Все это может сделать вполне возможным превращение его в по-настоящему серьезного и влиятельного политика, который стал бы широко узнаваем не только в Интернете, но и в реальной жизни.
Что же касается самого факта участи в выборах мэра Москвы в качестве кандидата на эту должность, то Навальный прекрасно понимает, что даже при наличии у него очень влиятельных зарубежных политических спонсоров что-либо такое в ближайшей перспективе ему вряд ли светит.
Но, тем не менее, он всем своим видом и своими поступками заявляет о своем стремлении идти до конца – хотя бы ради того, чтобы как можно громче заявить о себе по всей стране и внушить Путину мысль о том, что он сумел достичь в политики такого уровня, когда дальнейшее проявление к нему очень неуважительного отношения может оказаться для представителей нынешней российской власти чреватыми своими последствиями.

Если взяться говорить о самом Алексее Навальном, то своими действиями и поступками в самое последнее время он смог доказать, что стал очень перспективным и многообещающим политиком.
Сумев заполучить из рук своих зарубежных политических спонсоров своеобразный карт-бланш в виде предоставления ему более широкой свободы действий, которая обычно предоставляется ими политикам его уровня, Навальный тем самым превратился из очень зависимой политической фигуры в фигуру полунезависимую. Как бы цинично это в данном случае не звучало – но прогресс налицо. И это внушат как определенные надежды, так и определенные опасения на его счет.
Надежды в плане того, что Алексей понимает, что по-настоящему полноценным политиком, который способен говорить на равных с представителями сильных и влиятельных стран мира, он сможет стать лишь после того, как станет полностью самостоятельным и не на словах, а на деле поставит во главу угла всех своих действий защиту интересов большинства граждан своей страны и всей России в целом.
А так как помимо всего прочего он молод и амбициозен, то в принципе у него может все получиться. Но с другой стороны существуют вполне оправданные опасения того, что, достигнув определенных политических высот и благополучия своего положения (или наоборот, совершив какие-либо опрометчивые поступки, с помощью которых окажется возможным его шантажировать), он предпочтет более не рисковать и остановиться на уже достигнутом.
То есть он вполне может превратиться в политического соглашателя и фактического предателя интересов подавляющего большинства граждан своей страны. А в общем и целом в случае с Алексеем Навальным шансы на успех или неуспех для России от всей его деятельности являются приблизительно равными. Как обычно говорят в таких случаях – 50 на 50.

Но сколько можно рассуждать об одном Навальном – давно уже пора перенести не менее пристальный взгляд в сторону его главного оппонента в лице ныне действующего президента страны Владимира Путина. Не смотря на то, что к этому господину, как политику, я отношусь очень негативным образом, сразу хочу сказать о том, что в принципе мне понятна логика его поведения.
И начать тут надо с указания на наличие определенных положительных моментов от правления Путина. На момент его прихода к руководству Россия представляла собой страну, реальная власть в которой в значительной степени принадлежала кучке российских олигархов.
Почему так произошло? Тут все достаточно просто – с одной стороны старый и больной президент Ельцин, который просто устал стоять у руля власти и очень желал переложить значительную часть своих обязанностей на плечи кого-либо другого, с другой ушлый господин Березовский, который сумел воспользоваться этим моментом и для подстраховки вовлечь в свой бизнес родственников первого российского президента.

В общем, этот господин принялся активно действовать и строить далеко идущие планы, направленные на постепенное превращение его в «серого кардинала», который бы фактически стал руководить страной, а институты существующей власти превратились бы в инструмент обслуживания его интересов. По этой самой причине (и не без прямого участия самого Березовского и некоторых других олигархов) на роль приемника Ельцина была подобрана откровенно слабая и никчемная кандидатура в лице Владимира Путина.
Да, Путин на тот момент был слаб и никчемен как личность, но просчет Березовского заключался в недооценке того факта, из какой среды является выходцем первый. А Владимир Путин вышел из среды КГБ / ФСБ, которая с одной стороны была очень сильна своим корпоративным духом, а с другой – считала себя гораздо более достойной, чтобы выступить в качестве законодателя мод и фактически стать у руля власти.
Выражаясь простым языком, группа очень авторитетных в среде ФСБ товарищей, лично знакомых с новым президентом по прошлой службе, от имени своего руководства поставила Владимира Путина перед необходимостью сделать свой выбор. Выбор этот заключался в следующем.
Либо Путин соглашается с уготованной ему ролью подстилки (обслуживателя интересов российских олигархов) и негласно причисляется всеми представителями чекистского ведомства к разряду предателей и отщепенцев, либо при непосредственной, но негласной поддержке этой конторы он (как действующий президент) осуществляет что-то наподобие дворцового переворота, в результате которого господствующие олигархи должны были оказаться в очень зависимом и раздавленном положении.
Владимир Путин, как человек, хорошо знающий о потенциальных возможностях и серьезных настроях внутри своего родного ведомства в данной ситуации сумел сделать правильный выбор и тем самым фактически спас Россию от нависшей угрозы откровенного ее разграбления.

Но любой отъем политической власти обречен на скорый провал без незамедлительного взятия под свой контроль всех экономических процессов. На первоначальном этапе таких своих действий Владимир Путин стал действовать двояким путем.
С одной стороны он принялся активно содействовать перенаправлению денежные потоки в тех сферах и направлениях экономической деятельности, из которых требовалось вытеснить олигархов, в пользу начинающих, но очень хватких бизнесменов – выходцев из среды ФСБ или просто хороших друзей Владимира Путина по его детству и юности.
Другим направлением его деятельности стало словесное поощрение проявлений населением гражданской активности, с помощью которой Путин надеялся повысить степень контроля над экономической деятельностью уцелевших олигархов и принадлежавших им производств.
Шаги по осуществлению действий по первому направлению для нового президента в целом оказались успешными – в подавляющем большинстве случаев представители новой волны поддержанных им бизнесменов (из числа бывших сослуживцев и старых друзей) предпочли вести себя по отношению к нему самому честным образом (в смысле платили положенные налоги и своевременно отстегивали необходимые суммы в разные внебюджетные фонды – в знак благодарности за создание для них режима наибольшего благоприятствования) и тем самым способствовали процессу дальнейшего углублению взаимного доверия.
В тоже самое время действия по второму из указанных направлений обернулись для Путина неудачей и возникновением у него чувства глубокого разочарования общей массой всех россиян. В принципе мотивы возникновения подобного чувства являются вполне понятными.
При всем своем уважении к российскому народу лично я готов признать, что подавляющее большинство его представителей относится к разряду безынициативных и вороватых натур (или, проще говоря, больших любителей разного рода халявы). Словесные призывы и обращения Владимира Путина к проявлению гражданской активности обычно пропускались простыми людьми мимо ушей.
В то же самое время многие лидеры российской оппозиции восприняли данный факт, как признак слабости путинской власти и принялись всячески активизировать свою деятельность по поощрению общественных недовольств в широких массах людей и выражению ими своих требований обеспечить повышение социальной защищенности всех граждан.
Путин, ставший воспринимать факты нарастания подобного рода явлений со злобным негодованием, вместо того чтобы включиться в длительный и сложный воспитательный процесс по изменению выработавшихся национальных привычек, предпочел пойти более легким путем – начать процесс постепенного сворачивания демократии и концентрации власти в своих руках.

В свою очередь представители новой волны российского бизнеса из числа выходцев из чекистского ведомства и стародавних друзей Путина, с одной стороны достигая заметных успехов в своих начинаниях, а с другой - видя, что ему не на кого кроме них опереться, тоже принялись определенным образом на него давить.
Суть такого давления заключалась в выражении ими все более настойчивых и во многом обоснованных требований на предмет получения в свое личное распоряжение более значительных долей от прибылей (получавшихся во многом благодаря проявлению откровенного содействия со стороны высшей власти), чем это было оговорено ранее.
Выражаясь простым языком, бизнесмены из числа друзей Путина принимались требовать от него дополнительной платы за достигавшиеся экономические успехи, честность и личную преданность.
А так как Путину в создавшихся условиях уже некуда было деться, он оказался вынужденным согласиться и в достаточно скором времени взять на себя роль главного регулятора всех экономических разборок и споров в среде представителей крупного российского бизнеса.

Но все только что сказанное оказалось лишь только цветочками по сравнению с тем как все стало развиваться дальше.
Многие руководители государственных ведомств и губернаторы регионов, видя как многие бизнесмены новой волны обрели очень широкий спектр возможностей для усиленной стрижки купонов, также принялись обращаться к Путину со словами о том, что тоже имеют право на получение дополнительных вознаграждений. Логика рассуждения крупных чиновников в данном случае заключалась в следующем.
Они занимаются организацией и оказанием разного рода содействий наиболее лояльным представителям большого бизнеса (а так же чинением разного рода препятствий не очень лояльным) и поэтому вносят весомую лепту в достижение первыми своих экономических успехов, а, значит, тоже должны иметь со всего свою долю.
А так как Путин очень нуждался в надежных и лично преданных ему людях не только среди представителей бизнеса, но и в среде чиновников, он опять оказался вынужденным согласиться. Именно таким образом развивался процесс создания схем распилов и откатов в государственных общероссийских масштабах, вскоре превративший ее в систему тотального казнокрадства.

Как результат наворованные объемы денег многих российских чиновников и связанных с ним бизнесменов рекой потекли в западные банки и стали оседать в заграницах в виде личных счетов, дворцов и поместий.
Из всего этого Путину стало понятным, что все эти чиновники и бизнесмены на самом деле себе на уме и будут оставаться ему более или менее верными лишь до тех пор, пока у них будет оставаться возможность безнаказанно обворовывать России, чтобы затем предать и отправиться в поисках более подходящих хозяев.
Исходя из категорического нежелания наступления таких последствий, ближайшим окружением Путина был разработан план фактической колонизации всей Европы.
Суть его заключалась в прокладке туда новых газопроводов в целях превращения в энергетического монополиста, расходования значительной доли получаемых прибылей на строительство и скупку местных газораспределительных систем, постепенное прибирание там к своим рукам всех наиболее эффективных и прибыльных производств по другим направлениям деятельности.
Но, к огромному сожалению Путина, страны ЕС успели пройти эту школу много раз и очень быстро разгадали подобные его намерения. Все обернулось провалом намеченных планов и введением серьезных законодательных ограничений для деятельности Газпрома и других российских компаний на территории всех стран Европы.

Потерпев неудачу в действиях в указанном направлении, Путин не стал впадать в уныние – его окружение принялось заниматься разработкой планов по увеличению общих продаж нефти и газа путем подключения к уже существующим трубопроводам новых месторождений, как на территории своей страны, так и в некоторых соседних с собой государствах, а также прокладки еще нескольких магистральных трубопроводов, способных достичь большинства стран Европы.
В свою очередь страны ЕС в своем стремлении не дать Газпрому превратиться в монополиста на рынке межгосударственных поставок газа стали разрабатывать планы и предпринимать шаги по строительству ряда нефте- и газопроводов в обход территории России.
Одновременно с этим наиболее влиятельные государства Европы совместно с США стали осуществлять действия по фактическому взятию под свой полный контроль таких не очень дружественных по отношению к ним, но очень богатых нефтью мировых регионов, какими являются Ирак и Ливия.
А к настоящему моменту времени ими точно так же поднят вопрос относительно Сирии, территория которой является оптимально подходящим местом для прокладки по ней нефте- и газопроводов из Азии в Европу.

Главная проблема существующей российской власти заключается в том, что основным источником наполнения активно разворовываемого ею же госбюджета, являются газ и нефть при слабой развитости почти всех остальных сфер деятельности, которые в случае чего окажутся просто не способными удовлетворить внутренних потребностей своей страны.
О чем в данном случае идет речь? Да только о том, что США и страны ЕС во все большей и большей степени обретают контроль над мировым нефтегазовым рынком и в принципе уже очень скоро станут способными в любой подходящий для себя момент организовать резкое падение цен на углеводородное сырье по всему миру.
Зачем? Да хотя бы затем, чтобы возбудить экономический кризис внутри России (наподобие того, который был организован в конце 1980-х годов и обернулся наступлением краха для СССР).
Каким образом современная Россия может противостоять столь недружественным шагам со стороны наиболее влиятельных государств мира? В советские времена она достигала этого предприятием самых решительных политических шагов и оказанием всем своим союзникам необходимой экономической и военной помощи.
Однако в настоящий момент Россия с одной стороны давно уже не располагает такими возможностями, а с другой – вся ее решимость сдулась в большой пшик по той простой причине, что для вороватых российских чиновников самой большой ценностью в мире являются их деньги, лежащие на счетах в западных банках.

Что в таком случае можно предпринять для исправления ситуации во всей России и спасения ее от неминуемой гибели?
Только одно – необходимо разрушить систему тотального разворовывания страны, чтобы таким образом обеспечить повышение экономической эффективности производственной деятельности и осуществить вложение появившихся средств в развитие наиболее важных производственных отраслей как минимум до уровня обретения ими способности удовлетворять потребности всего населения нашей страны.

Других способов для спасения просто нет. Но с эти категорически несогласно большинство представителей нынешней российской власти, которые давно уже обзавелись счетами в западных банках и «запасными аэродромами» на территориях других государств и поэтому хотели бы продолжать заниматься дальнейшим ограблением России до момента наступления ее полного краха.
В случае дальнейшего развития событий в этом логическом русле в среде представителей нынешней российской власти рано или поздно с неизбежностью возникнет внутренний кризис, который разделит их на две противоположно настроенные части.
Одна часть с наступлением очень тяжелых для России времен предпочтет пуститься в бегство и фактически предать всех и вся ради обретения возможности продолжения сытой жизни и получения гражданства в каких-либо демократических странах.
Другая же, фанатично настроенная, наоборот, предпочтет остаться и, завинтив все гайки в целях искоренения проявлений губительного казнокрадства, попытается сотворить на обломках современной России огромное подобие Северной Кореи.

В свою очередь большинство европейских и американских политиков, прекрасно понимая, что новое подобие гигантской Северной Кореи способно создать для их государств гораздо большие проблемы, чем те, которые создает им современная Россия, вовсе не горят таким уж большим желанием довести ее до такого состояния.
С их точки зрения наиболее оптимальным было бы осуществление смены власти в России и приход на место Путина более трезвомыслящего политика. Это вовсе не значит, что лидеры западных государств желают полноценного возрождения нашей страны.
Во-первых, они боятся непредсказуемого поведения России, которое она уже не раз демонстрировала в своей истории в ситуациях выхода из затяжных кризисов и укрепления своего положения в окружающем мире. А во-вторых, политикам и бизнесменам из других государств не нужны полноценные и сильные бизнесконкуренты, которые с неизбежностью появятся в нашей стране в случае возрождения.
Но как уже было сказано выше, весь фокус в данной ситуации заключается в том, что в стране с таким огромным потенциалом, каким в принципе располагает Россия, любой ее новый здравомыслящий руководитель вопреки чужим нежеланиям может оказаться вполне способным – при наличии у него определенных амбиций и проявлении разумной решительности – превратить нашу страну в сильную мировую державу, а себя самого в политика с мировым именем.